Салон BRP переехал по адресу ул. Южная набережная, 1
0 Корзина

Квадроциклисты из Ижевска: Гонка в Астрахани по сложности почти как ралли «Париж-Дакар»

Фарид Губаев и Александр Чернов рассказали об участии в третьем этапе Can-Am X Race и всех этапах серии 2017 года

 

Четверо гонщиков из Удмуртии приняли участие в завершающем, третьем этапе серии Can-Am X Race, который проходил 6-9 сентября в Астрахани. Экипаж Анатолия Кузнецова и Алексея Смолина из Воткинска, экипаж Фарита Губаева и Александра Чернова и Руслан Губаев из Ижевска– завсегдатаи этой гонки. Руслан традиционно выступает в категории ATV, оба экипажа – в классификации SSV Standard.

 СПРАВКА

Can-Am X Race – преемница легендарной квадросерии Can-Am Trophy Russia. Ее организатор -компания FORMULA 7, Дистрибьютор техники BRP в России. Can-Am X Race – это ралли-рейд (кросс-кантри ралли в мировой классификации) только для экипажей, выступающих на квадроциклах (ATV) и мотовездеходах (SSV). Гонка по пересеченной местности состоит из нескольких спецучастков, средняя протяженность дистанции одного этапа составляет 400-600 км. Трасса третьего этапа, который был приурочен к 300-летию Астрахани, была разделена на восемь спецучастков (СУ).Длина каждого в среднем составляла порядка 80 км. Общая протяженность спортивной дистанции составила 682 км, лидеры соревнования прошли её за 10 часов.

 Фарит Губаев и Александр Чернов - слаженный экипаж. Губаев - за рулем. Чернов - штурман. Вместе они ездят два года.

- Александр, насколько я знаю, вы раньше сами выступали на квадроцикле. Почему приняли решение сменить класс и стать штурманом?

-Мы с Фаритом давно дружим. Когда они начинали с моим товарищем выступать (первый год у него другой был штурман - Данил Патрушев), они хорошо довольно-таки ехали. А я, действительно, выступал на квадроциклах. Но потом принял решение, что это довольно-таки опасно. У багги в отличие от квадроцикла, отличный каркас, профессиональные сиденья, ремни пристегнуты. В классе ATV ты не настолько хорошо защищен, поэтому чаще пилоты травмируются. Кроме того, в экипаже ты делаешь свою локальную работу. То есть я как штурман должен диктовать своему пилоту легенду (в 95% случаев участники гонки бывают не знакомы с трассой и выезжая на нее, не понимают, куда ехать и какая дорога ждет их впереди. И именно штурман становится глазами водителя - прим. ред.), говорить управление, говорить повороты. Это такая не менее важная работа, нежели у него, как водителя.

У нас получается взаимная поддержка, потому что он без меня не может ехать. Мы друг друга дополняем. У нас все на равных, мы можем друг другу сказать, что мы думаем друг о друге, и в течение гонки у нас нет напряжения. Ведь чем отличаются профессиональные команды от нас, любителей? Там все за деньги. По большому счету, там штурманы платные, водитель уже получает профессионального штурмана. А у нас, если мы ошибаемся, то ошибаемся вместе, если ломается техника, мы ее вместе чиним. Где-то я ему скажу, где-то он мне подскажет.

- Фарит, вы участвуете в гонках третий год. Что изменилось в этом году: и для вас, и в гонке?

- Во-первых, что в этом году поменялся организатор, соответственно, и формат гонки переведен из борьбы с бездорожьем (трофи) в ралли. Соответственно поменялась и судейская часть - есть разница по сравнению с прошлым годом.

Во-вторых, изменения произошли и у нас. Мы объединили усилия с командой из Воткинска, т.е. организовали, соответственно, свою команду. В первом этапе в команде было 2 участника, во втором-третьем, было 3 участника. То есть мы уже полноценная, можно сказать, спортивная, хотя и любительская, команда.

-А в чем принципиальная разница между профессионалами и любителями?

- Самое главное - у нас нет таких бюджетов. Многие участники, которые там соревнуются с нами в Can-Am X Race, на самом деле, профессиональные спортивные команды. Например, Татарстан, в частности, участвуют в ралли уровня “Шелковый путь” или “Париж – Дакар”. Соответственно, техника у них моложе, мощнее. Соответственно, они покупают в команды профессиональных штурманов с мировыми именами. Кстати, в третьем этапе в Астрахани принимал участие известный гонщик, призер “Париж-Дакар” Сергей Корякин. Он занял третье место наконец-то на третьем этапе. Первые два, как и наш экипаж, его преследовали технические неприятности и он сходил.

Как вы понимаете, бюджеты значит техника совершенно иного уровня, это команды механиков, которые ездят с ними. Отчасти поэтому первые места были обеспечены именно профессиональным гонщикам из Москвы и Татарстана.

-Это значит, что у любителей вообще нет шансов?

- Конечно, есть. Я могу сказать, что наш экипаж шел очень хорошо, ровно, на всех трех этапах. И всегда, кроме Краснодара, мы доходили до финиша.

Но в любом случае, когда техника новее, у нее есть преимущества. В нашем классе участвовала техника уже с приличным сроком эксплуатации. У меня в частности, уже 4 года, поэтому появилась так называемая техническая “усталость”. Техника очень устает, особенно после последнего этапа, который был в Астрахани.

Когда первый год я начинал, я ездил по очкам лучше, чем сейчас езжу. Был и в десятке, и в пятерке. В этом году таких результатов не получилось показать, потому что все три этапа у нас были в первый же день, как правило, технические сходы, следовательно, мы не успевали закончить гонку своевременно, а на саму гонку в день дается 3-4 часа. Так как мы получали повреждение, которое отремонтировать сами не можем, мы ждали помощи от наших механиков. А трасса закрыта, поэтому добраться до нас сложно и мы не успевали в положенное время вернуться в парк, получали пенальти – за каждое пропущенное время, штраф 5 часов. Но повторю даже несмотря на это мы доходили до финиша.

- Успевали спать по ночам?

- Почти всегда (улыбается). Поломки мы устраняли как раз между гонками – т.е. это происходило вечером, ночью до самого утра. У нас нет своей технической машины и механики, поэтому в этот раз мы обратились за помощью к прославленному гонщику из Ижевска Иреку Даутову, брали в аренду у него “техничку” и механиков. Поэтому достаточно оперативно все свои проблемы решали, и утром, к моменту старта, мы были абсолютно готовы к продолжению гонки.

- Вы отметили, что особенно после третьего этапа, в Астрахани, техника больше устала. Почему?

- Астрахань – это совершенно другой уровень сложности его даже по коэффициенту - 1,2. Она считается “королевой гонки”. Это уже реально “дакар”, потому что все тренировки, у тех же камазавцев, у тех же участников “Париж-Дакар” проходят именно в Астрахани. Трассы проходят по степи, и это не просто ровный слой песка и земли. Это огромные подъемы, спуски, котлованы, рытвины, барханы. Среди этого всего техникой накатываются тоннели. И очень часто ты едешь-едешь по этому тоннелю и не можешь никого обогнать, потому что он очень узкий. И уступить тоже не может.

Организаторы очень постарались сделать трассу еще сложнее. В этот раз было ощущение, что просто по азимуту в даль направляешься - как все поехали, так и ты, а что там за бугром, за ямой было - сказать сложно.

- Александр, вам как штурману, тоже тяжелее было?

- Да, было нелегко. Большая ответственность - не дать водителю перевернуться. А иногда ты просто не понимаешь по легенде, какой высоты тот или иной бархан, насыпь. Было несколько экипажей на этой гонке, которые переворачивались на достаточно большой скорости, причем, даже экипажи с посадкой выше, чем наша.

Но на самом деле, мы столкнулись еще с одной серьезной проблемой. Во второй день у нас пропала связь. Не так страшно, что я не слышу водителя, как то, что водитель не слышит меня. Он остается “слепым”. Наши механики смогли кое-как сделать одностороннюю связь. Но пару раз мы все равно воткнулись прямо “лицом” в кочки.

- Фарит, как вы с этим справились?

- Хорошо, что механики быстро восстановили связь. Потому что иначе мы бы просто не знали, что там, дальше - опасно или нет. Так что техника, действительно, работала на пределе. Но не кипела, несмотря на жару в 30 градусов.

Интереснее была ситуация, когда мы сломались в дальней точке, в 200 км от лагеря. Если бы мы не сориентировались, то нас бы только ночью эвакуировали оттуда. Поэтому мы в полевых условиях разобрали поворотный кулак, сняли его. И самое смешное, у нас в степи связь была, остался под рукой телефон. А у ребят-механиков в технической зоне не было связи, мы не могли сказать, где мы находимся, что у нас сломалось. Они видят по навигации, что мы встали, но они не знаю, что у нас. Мы переехали на какую-то высокую точку и там смогли наладить с ними связь.

В итоге сняли этот поворотный кулак, ребята, которые проезжали до финиша и мимо техзоны, могли передать в нашу “техничку” с 18-м регионом эту запчасть. Ее с большим трудом передали и мы смогли передать координаты.  Буквально в течение двух часов они привезли все, что им необходимо - привод, поворотный кулак, подшипники, смогли все это собрать и добраться до базового лагеря. Приехали в восемь вечера, было темно и очень холодно.

- Не могу не спросить. Что заставляет вас, делового человека, вот так, 3 раза в год, выезжать в дикие условия, жить там и гонять на пределе?  

- Все дни гонки стоят того, чтобы пережить какие-то неудобства. Это такой драйф, такие ощущения, что во время гонки ты живешь только гонкой. Ты анализируешь свои ошибки, как только выходишь на старт, перестаешь думать о чем-то другом. Весь стресс рабочий как рукой снимает. Ты пытаешься показать максимальный результат.

 - В следующем году уже есть представления, какие будут трассы, в каких городах пройдут гонки. И будете ли менять технику?

- Как всегда, место проведение следующих этапов это большой секрет. Будет известно в декабре, насколько я понимаю. Я думаю, что всегда, исходя из последних лет заканчивается все в Астрахани. А вот какие города будут до этого, сказать сложно.

В 2015 году, как вы помните, гонка проходила в Ижевске, один из ее этапов. У нас, как и в центральной России, хорошие трассы, но это поля, леса, опасность выезда грибников на дорогу, опасность сельхозтехники, которая работает и не должна останавливаться. И нужно достаточно большое количество волонтеров, чтобы перекрыть трассу как в ралли.

В Йошкар-Оле в этому году работало очень много волонтеров. Там лесные дороги были перекрыты, потому что люди могли набрать скорость, а выехал бы там мотоцикл, уазик... Достаточно небезопасно.

Что касается техники. Мне кажется, у успешной гонки всего три составляющие:

-мастерство вождения

-работа штурмана

-состояние техники.

У нас есть время, мы будем готовиться к следующим этапам гонки. Мы теперь знаем все свои слабые места за тот год, здесь какая была проблема, как ее решать. Я не буду менять технику на более новую и дорогую, потому что не вижу пока смысла тратить на это огромные деньги. Так что будем улучшать то, что есть.

 - А где вы тренируетесь, пока нет гонок? Все равно же надо сработаться со штурманом.

- Водительское мастерство, конечно, накатывается. Я уже даже на своем автомобиле-“автомате” езжу, работая двумя ногами, как на гонке.

Но для тренировок нужны специальные трассы. С Иреком буду разговаривать, что в этом году может быть мы небольшой маршрут проложим с трамплинами, прокатимся.

Да и вообще, мы планируем учиться. Квадроциклетным сообществом, в том числе, при участии Владимира Евгеньевича Сухих (Экстрим), хотим пригласить сюда специалистов по навигации, штурманов, чтобы они приехали в Ижевск и почитали лекции. Потому что очень важно знать, как правильно прочитать дорожную книгу. И штурманские знания дорогого стоят на самой гонке. Тем более, что мы, как любители, не покупаем штурманов за бешеные деньги, мы сами с ними постоянно учимся.

Я думаю, что если бы получилось еще раз провести этап гонки Can-Am X Race в Ижевске это дало бы толчок и квадроциклетному движению, и развитию уровня наших спортсменов. Появились бы трассы, приезжали бы специалисты, которые могли бы делиться своими знаниями. Так что будем надеяться, у Ижевска еще появится шанс заявиться.

Заказать звонок

Нажимая кнопку «Жду звонка», Вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности.